— Будем, но попозже.

— Почему?

— Потому что как раз сейчас они работают.

— Вот и хорошо. Не надо их бегать, искать. Они, как я понимаю, в одной будке сейчас, этого самого, как его — паровоза.

Колодников засмеялся.

— Да, это ты верно подметил. Они сейчас все в одной кабине только не паровоза, а маневрового тепловоза. И отвечать они будут, как один. А нам надо поймать их на противоречиях. Так что допрашивать будем по одному, и желательно на нейтральной территории. Например, дома.

Юрий не унимался.

— Почему на нейтральной? Почему дома?

— Когда подозреваемый дома, он морально не готов к допросу. Тут его можно и накрыть на противоречиях.

— Ты думаешь, что это они убили Сафронова? — допытывался Юрий.

— Исключать такого нельзя.

— Но жена говорит, что у них не было для этого мотивов?

Колодников прожевал последний кусок беляша, вытер руки подвернувшейся бумажкой с каким-то официальным приказом, и назидательно поднял вверх большой палец.

— Запомни, Юра, никогда не отрицай ни одну версию. Бывает, знаешь, пришьёт муж жену, а потом так красиво изображает горе, так просит найти убийц! Было раз у меня такое. Ну, думал, всё — этот невиновен точно.

— И что?

— Хрена! Завёл себе молодую любовницу, сам убил её, более того, расчленил, и частями вывез тело в луга.

— И как вы его взяли?

— По уликам раскололи. Кровь жены затекла под половицы. Он то говорил, что она просто не пришла домой. А как пол вскрыли, а там… Пол то он вымыл, а вот с этим ничего сделать уже не смог.

В это время раздался телефонный звонок. Колодников поднял трубку, и, выслушав короткий доклад, скривился, как от зубной боли.

— Чёрт, как не вовремя! — Сказал он, бросая трубку. — Время уже девять вечера! Вот ведь всегда так!